Автомобили и человечество: кто-кого?

Тема экологии нынче очень модная. И статей написано немало. Причём, пишут на эту тему разные люди, и побудительные мотивы у всех различные. Ну, не совсем, чтоб у всех -у всех, а, скажем, существует несколько групп, объединённых общими целями. Например, политики. Зачем им писать об экологии? А затем, чтобы пред своими избирателями выглядеть заботливыми и дальновидными. Учёная братия пишет потому, что, как никто другой, видит опасность наплевательского отношения к природе. Ну а мы, рядовые члены современного социума, пишем потому, что «Накипело, блин!» — как говорил Суходрищев в фильме «Ширли-мырли». Надоело дышать воздухом, в котором выхлопных газов больше, чем кислорода с азотом вместе взятых. Пить воду, в которой растворены удобрения, смытые вешними водами с местных полей. Употреблять в пищу продукты, в состав которых, кроме устрашающей буквы «Е» входит только немножко генномодифицированной сои. Вот к этой-то благородной публике решил присоединиться и я. Возвысить, так сказать, свой голос в защиту окружающей среды. И возвысить вот на какую тему. Воздух. Почему именно воздух? Да потому, что в день мы выпиваем пару литров жидкости, съедаем пару килограммов пищи, а вот воздуха вдыхаем намного больше. В минуту человек совершает около 15 вдохов-выдохов. И наш организм робко надеется, что в лёгкие поступает необходимый ему кислород, а не смесь угарного и углекислого газов, приправленных сажей из выхлопных труб дизельных автомобилей. А ведь именно они, автомобили, выбрасывают в окружающую среду львиную долю ядовитых газов. Причём, если мусорные свалки расположены за пределами городов, радиоактивные могильники – в отдалённых недоступных районах, то автомобили – вот они, рядышком. Ездят по улицам городов, где мы живём, стоят в пробках на перекрёстках, которые мы переходим, паркуются во дворах возле детских площадок. И с каждым годом их становится всё больше и больше. Даже взлетевшие цены на нефть не могут остановить их триумфального шествия по планете. И уж если современное общество не может воспрепятствовать столь агрессивной автомобилизации всех и вся, то ввести жёсткие стандарты на количество вредных выбросов в наших силах. А ещё можно поощрять создание экологически чистых транспортных средств, разработку двигателей, не загрязняющих окружающую среду. Собственно, этим европейские государства занимаются уже давно и с переменным успехом. Японцы тоже уделяют этому вопросу большое внимание и тоже с различным результатом. Вот об этой героической борьбе человечества с автомобильными выхлопами я и хочу поведать читателям в разделе «Автомобили и траснорт».

Предыстория.

Собственно, борьба с «вонючими тарахтящими тележками» конструкции Карла Бенца началась сразу же после их массового (если можно так сказать) появления. Извозчики той поры, как могли, отговаривали потенциальных клиентов от поездок на «самодвижущихся экипажах». То ли дело конская тяга – не тарахтит, не воняет. Помните, как у Ильфа и Петрова –
«…В Арбатове под свадебные процессии привыкли нанимать извозчиков, которые в таких случаях вплетали в лошадиные гривы бумажные розы и хризантемы, что очень нравилось посаженым отцам».

Туго приходилось первым автомобилям. Но прогресс неумолим, и вскоре безлошадные экипажи не только практически полностью вытеснили четвероногих предшественников с улиц городов, но и прочно обосновались в сельской местности. «Железный конь пришёл на смену крестьянской лошадке» — те же Ильф и Петров. Но если на деревенских просторах выхлопные газы от тракторов и грузовиков широко и вольготно разносились над лугами и полями, практически не попадая в привыкшие к свежему воздуху крестьянские носы, то в городской толчее дело обстояло гораздо хуже. Например, воспетый поэтами город Санкт-Петербург. Его улицы и проспекты были построены с расчётом, что ездить по ним будут в каретах и бричках. Не мог знать великий Растрелли, что в 20-м веке на мостовые Петербурга выкатится огромное количество гудящих монстров, изрыгающих из своих чрев клубы едкого дыма. Но именно это и случилось. Теперь проехать по центру северной столицы практически невозможно – гарь, шум, пробки. Не лучше обстояло дело и в крупных западных городах – европейских и, особенно, американских. Ведь в 70-е годы 20-го века в США насчитывалось порядка ста миллионов автомобилей, а ежегодное производство приближалось к десяти миллионам. Не намного от Штатов отставала и Япония. Смог над Токио стоял практически постоянно. Помню, как удивлялись советские радиослушатели 70-х годов сообщениям корреспондента в Японии о том, что на улицах Токио установлены специальные автоматы для пешеходов. Если опустить в них монетку, выскакивала маска со шлангом. Её можно было приложить к лицу и в течение минуты дышать чистым воздухом. Видя такое серьёзное положение, власти США и Японии ещё в начале 70-х приняли жёсткие нормы на предельные уровни количества вредных примесей в отработавших газах: окислов азота и углерода, углеводородов. Можно сказать, что именно в те годы и началась серьёзная борьба с автомобильными выхлопами.
(продолжение следует)
Самойло Сухофактинский.